«Я не зависим, просто у меня привычка курить. Вот как это бывает, понимаете: если утром, проснувшись, я не выкурю сигарету с кофе, мне кажется, что я ничего не смогу сделать. Я так долго начинаю утро именно так, что по-другому даже не представляю». — Подобные объяснения часто можно услышать от тех, кто хочет пройти программу преодоления никотиновой зависимости. И это неудивительно, ведь курение настолько вплетается в повседневность курильщика и так часто повторяется, что действительно воспринимается как глубоко укоренившаяся привычка.
Курение с кофе, курение во время перерыва, курение после еды, курение при встрече с друзьями, за алкоголем, за рулем и т. д. При этом на протяжении прошлого века и сами врачи способствовали восприятию курения в основном как «вредной привычки». Да, поведенческая часть здесь присутствует, так как на уровне условного рефлекса курильщик усвоил, что курение приносит ему определенное удовлетворение и/или облегчение. Однако следует отметить, что чувство облегчения возникает в основном в результате утоления «никотинового голода».
Курительное поведение поддерживается нашей собственной системой вознаграждения, которая при попадании никотина в кровь высвобождает дофамин — гормон, отвечающий за чувство удовольствия, — в центре нашей нервной системы, в головном мозге. Мозг запоминает это и в дальнейшем побуждает нас к повторению этого действия.
Тот же гормон, дофамин, участвует и в формировании игровой зависимости. Интересно, что в этом случае зависимость развивается без приема какого-либо психоактивного вещества извне. Для человека с гэмблинг-аддикцией стимулом к игре является триггер, ситуация (например, поход в казино с другом), а также его собственные гормоны, которые меняют его настроение, физические ощущения и способствуют возникновению сильного, часто непреодолимого желания играть.
Так чем же отличается привычка от аддикции? Почему нам так трудно внедрять так называемые «полезные привычки» (например, утренние прогулки), в то время как мы повторяем действия, именуемые «вредными привычками», несмотря на большой финансовый ущерб (при гэмблинге) или значительный вред здоровью (при регулярном потреблении никотина)? При обсуждении этого вопроса часто можно услышать такой аргумент: внедрение здоровых привычек требует немалых усилий, времени, финансов и других ресурсов, тогда как поддерживать нездоровую привычку гораздо легче, и, соответственно, желаемый «бенефит» (хотя и ценой определенных рисков или вреда) получается проще и быстрее.
О желаемых эффектах курения мы еще поговорим, а что касается различия между привычкой и аддикцией: аддикция — это более комплексный феномен, чем привычка, хотя она и включает её в себя. Более 40% наших ежедневных действий перешли в разряд привычек: утренняя рутина, паттерны питания, стиль выполнения работы, общение с друзьями и членами семьи, мелкие покупки и т. д. Часто повторяющееся действие имеет потенциал перехода в автоматизм, когда мы не задумываясь следуем хорошо знакомому курсу. Это касается как полезных привычек (например, чистка зубов, регулярные тренировки), так и вредных действий (скажем, чрезмерная прокрастинация). Изменить хорошо заученные привычки непросто, так как модель поведения человека запечатлена в нейронных связях его мозга. Однако создание новых нейронных связей вполне возможно при приложении соответствующих усилий и использовании правильной стратегии. Особенно тогда, когда человек сильно мотивирован изменить свой поведенческий паттерн.
В случае с аддикцией дело обстоит гораздо сложнее, так как поведение человека обусловлено биологическими факторами — такими как изменение функций мозга в результате интоксикации, гормональный дисбаланс, патологические изменения на уровне клеток или структур, а также психологическими и социальными факторами.
Нейробиология аддикции хорошо объясняет те процессы, которые формируются в нервной системе человека, зависимого от вещества или поведения. Согласно нейробиологии, аддикция является хроническим заболеванием головного мозга, при котором этот орган функционирует иначе. Хорошая новость здесь заключается в том, что мозг никотинозависимого человека восстанавливает свои нейробиологические процессы легче, чем в случае зависимости от других, более токсичных психоактивных веществ (например, алкоголя). После прохождения первичного реабилитационного периода, примерно через 3 месяца после прекращения курения, мозг бывшего курильщика совершает благотворную трансформацию — уровень гормонов счастья в нем становится стабильным. Дофамин больше не является критически желанным, так как он бесперебойно и в достаточном количестве поставляется к нервным клеткам на постоянной основе. У курильщиков же усвоение дофамина нарушено из-за десенситизации (снижения чувствительности) рецепторов в нейронах, вызванной потреблением никотина. В результате у курильщиков усвоение дофамина и других гормонов счастья проблематично, из-за чего высок уровень тревожности, депрессии, раздражительности, сниженного настроения и способности к концентрации внимания. Чувство удовольствия в результате курения в основном связано с утолением никотинового голода.
Никотиновый голод, в свою очередь, обусловлен препятствием работе еще одного нейромедиатора — ацетилхолина — в нервной системе никотинозависимого человека. Никотин фактически занимает ацетилхолиновые рецепторы и, таким образом, в прямом смысле делает нервную систему курильщика зависимой от себя. Когда уровень никотина в крови курильщика падает, его нервной системе становится трудно функционировать, что вызывает желание закурить. Очередная сигарета временно уменьшает этот дисбаланс до следующего перекура. Со временем требуется всё больше и больше сигарет для утоления никотинового голода (для более-менее исправной работы нервной системы), однако в какой-то момент выкуренные сигареты уже не могут полностью снять физиологический дискомфорт. Такой курильщик страдает вдвойне — он не получает «бенефитов», обусловленных курением, и не может бросить курить из страха, что будет страдать еще сильнее. Это, как правило, происходит через 10–15 лет курения, когда большинство курильщиков начинают задумываться о прекращении курения.
В это время курильщику полезно знать, что синдром абстиненции, развивающийся после отказа от курения, длится всего 5–7 дней, а желание закурить будет беспокоить бывшего курильщика эпизодически в течение первых 3–4 недель. Для предотвращения этих дискомфортных ощущений врач может назначить никотинзаместительную медикаментозную терапию. В течение первого месяца после отказа от курения правильно подобранная терапия на 50% увеличивает шансы на успех.
В отличие от преодоления физиологической зависимости от никотина, процесс преодоления психологической и социальной зависимости гораздо более трудоемок: необходимо проверить, нет ли у человека неисцеленной психологической травмы или нерешенной жизненной проблемы, которая способствует потреблению табака; каковы его ведущие триггеры и как с ними справляться; не использует ли человек курение как стратегию преодоления трудностей; не нужно ли повысить навыки совладания со стрессом или эмоцией гнева и т. д. Осмысление психологических и социальных аспектов аддикции происходит в рамках когнитивно-поведенческой терапии (КПТ), во время которой наряду с осознанием происходит выбор и заучивание новых моделей поведения. Именно тогда дается ответ на самый актуальный для курильщиков вопрос — «Если я не буду курить, что мне делать?».
В отличие от зависимости от других психоактивных веществ (например, алкоголя), в случае никотиновой зависимости для начала когнитивно-поведенческой терапии не обязательно сначала прекращать потребление — можно продолжать курить, пока не будет проработана психологическая и социальная часть аддикции. А когда курильщик будет готов выкурить и потушить последнюю сигарету в своей жизни, тогда уже происходит борьба с физиологической частью при помощи никотинзаместительной терапии.
Программа преодоления никотиновой зависимости Stop Smoking Program центра «Cognita» основывается на когнитивно-поведенческой психотерапии. Продолжительность программы составляет 6 недель, а период поддержки после прекращения курения охватывает 3–6 месяцев. Терапевтические сеансы проводятся в формате групповой психотерапии, в которой принимают участие 7–8 курильщиков и 2 ведущих (психолог и аддиктолог). Если у кого-то появилось желание участвовать в программе, найдите нас в Facebook (Cognita) или в Instagram (cog_nita), напишите нам и запишитесь на первичную консультацию. Следующая группа начинает работу 30 мая.
Кстати, Всемирный день без табака отмечается во всем мире 31 мая. Как бывший курильщик, я заранее поздравляю вас с этой замечательной датой и надеюсь, что в Грузии к бывшим курильщикам скоро присоединится еще много людей, свободных от табачных изделий.
Нино Болквадзе Основатель центра «Cognita», аддиктолог
